Церковь Рождества Пресвятой Богородицы с.Льялово

Русская Православная Церковь. Московская епархия.

Рождественские чтения в Солнечногорске.

1 декабря 2010 г., в Солнечногорске прошли VII районные Рождественские образовательные чтения на тему «Воспитание, образование, культура».
На этих чтениях диакон Илья зачитал доклад по теме «Воспитание детей на примере святых царственных мучиников.»
Текст доклада:

Сегодня религиозное воспитание кажется архаичным пережитком не только в нашей стране, претерпевшей наступление воинствующего безбожия, но и во всем мире. Меж тем нельзя найти пример, когда бы оно принесло какой-либо вред или сделало человека ущербным. Благих же плодов от ребенка, душу которого с раннего детства насытят верой, можно ожидать гораздо с большими основаниями, чем от ребенка с воспитанием бездуховным. Духовный стержень — основа нравственно здоровой личности.

Известные простота и скромность царской семьи не были наигранными, к тому же они вовсе не приносили ей популярности. Напротив, больше всего царя и царицу осуждали именно за эти качества.

Воспитание дочерей в царской семье было строгим, поскольку так была воспитана сама Александра Феодоровна, да и государя Николая в детстве не баловал отец — император Александр III. Царевны спали на походных кроватях, мало покрытые, каждое утро принимали холодную ванну. Государыня, сама очень скромная в одежде, в выборе причесок, не позволяла и дочерям много наряжаться. Великая княжна Ольга Николаевна полностью восприняла это отношение к роскоши и, по воспоминаниям, одевалась очень скромно, постоянно одергивая в этом отношении других сестер.

Государыня занималась детьми сама — ведь постоянный контакт с матерью особенно важен для девочек. Она проявляла свой авторитет только при необходимости, и это не нарушало той атмосферы абсолютного доверия, которая царила между нею и дочерьми. Александра Феодоровна понимала жизнерадостность юности и никогда не сдерживала девочек, если они шалили и смеялись.

Вставая утром от сна или ложась вечером, каждый из членов семьи совершал свою молитву, после чего утром, собравшись по возможности вместе, мать или отец громко прочитывали прочим членам положенные на данный день Евангелие и Послания святых апостолов. Равным образом, садясь за стол или вставая из-за стола после еды, каждый совершал положенную молитву и только тогда принимался за пищу или шел к себе. Никогда не садились за стол, если отец чем-нибудь задерживался: ждали его.

В этом семействе чередование различных занятий также было регламентировано, и соблюдался режим достаточно строго. Но не настолько строго, чтобы стать для детей невыносимым или раздражительным. Распорядок дня не тяготил царевен и царевича.

Когда императорская семья пребывала в Царском Селе, ее жизнь носила более семейный характер, чем в других местах, приемы были ограничены из-за плохого самочувствия императрицы. Свита во дворце не жила, поэтому за столом семья собиралась без посторонних. Дети, подрастая, обедали вместе с родителями. Преподаватель Пьер Жильяр оставил описание зимы 1913/14 года, проводимой семьей в Царском Селе. «Уроки с наследником начинались в 9 часов с перерывом между 11 часами и полуднем. В этот перерыв совершалась прогулка в карете, санях или автомобиле, затем занятия возобновлялись до обеда, до часу дня. После обеда учитель и ученик всегда проводили два часа на воздухе. В 4 часа дня уроки возобновлялись до ужина, который подавался в 7 часов для Алексея Николаевича и в 8 для остальных членов семьи. День заканчивали чтением вслух какой-нибудь книги.

Праздность была абсолютно чужда семье последнего императора. Даже после ареста, совершившегося в Царском Селе, Николай Александрович с семейством всегда были при деле. По словам очевидцев (М. К Дитерихса), «вставали в 8 часов утра; молитва, утренний чай всех вместе… Гулять разрешалось им два раза в день: от 11 до 12 часов дня и от 2:30 до 5 часов дня. В свободное от учебных занятий время государыня и дочери шили что-нибудь, вышивали или вязали, но никогда не оставались без какого-либо дела. Государь в это время читал у себя в кабинете и приводил в порядок свои бумаги. Вечером, после чая, отец приходил в комнату дочерей; ему ставили кресло, столик, и он читал вслух произведения русских классиков, а жена и дочери, слушая, рукодельничали или рисовали. Государь с детства был приучен к физической работе и приучал к ней и своих детей. Час утренней прогулки император обыкновенно употреблял на моцион хождения, причем его сопровождала какая-нибудь из дочерей. Во время дневных прогулок все члены семьи, за исключением императрицы, занимались физической работой: очищали дорожки парка от снега, или кололи лед для погреба, или обрубали сухие ветви и срубали старые деревья, заготавливая дрова для будущей зимы. С наступлением теплой погоды вся семья занялась устройством обширного огорода, и в этой работе с ней вместе принимали участие некоторые офицеры и солдаты охраны, уже привыкшие к царской семье и стремившиеся выказывать ей свое внимание и доброжелательство».

О заключении царской семьи в Тобольске, арестованный и поехавший вместе с царской семьёй преподаватель Жильяр пишет: «Император страдал от недостатка физического труда. Полковник Кобылинский, которому он на это жаловался, приказал привезти березовые стволы, купил пилы и топоры, и мы могли теперь заготовлять дрова, в которых так нуждались на кухне, а также в доме для топки наших печей. Эта работа на открытом воздухе являлась для нас большим развлечением за время нашего пребывания в Тобольске. Великие княжны в особенности горячо пристрастились к этому новому спорту».

Здесь нужно отметить, что такими занятиями, как, например, прополка сорняков в огороде, великие княжны не гнушались и до ареста. Старшие же дочери в последние годы царствования их отца, во время Первой мировой войны, были загружены до предела. Императрица всегда прилагала все усилия к тому, чтобы оказать реальную пользу ближним, и привлекала детей к делу благотворительности.

Об Образовании

Поскольку время императора Николая было всецело отдано государственным делам, образованием детей заведовала Александра Феодоровна. Один из преподавателей царской семьи Пьер Жильяр, вспоминая первые свои уроки с Ольгой и Татьяной, которым было тогда соответственно десять и восемь лет, что императрица не упускает ни одного слова; у учителя совершенно ясное чувство, что это не урок, который он даёт, а экзамен, которому он подвергается… В течение следующих недель императрица регулярно присутствовала на уроках детей… Ей часто приходилось, когда ее дочери пикидали их, обсуждать с учителем приемы и методы преподавания живых языков, и он всегда поражался здравым смыслом и проницательностью ее суждений». Жильяр явно был удивлен таким отношением государыни и «сохранил совершенно отчетливое воспоминание о крайнем интересе, с каким императрица относилась к воспитанию и обучению своих детей, всецело преданная своему долгу».

Царица обучала дочерей основам домашнего хозяйства, хотела видеть в них настоящих помощниц, царевны вышивали, шили рубашки, гладили белье. Александра Феодоровна воспитывала в них чувство дома.

Даже после отречения государя от престола и ареста всей семьи, не зная, что ожидает всех их в будущем, родители решили, что дети не должны прерывать учебу. «По мере выздоровления их высочества принялись за уроки, но так как учителей к ним не допускали, за исключением тоже арестованного Жильяра, то эти обязанности Александра Феодоровна разделила между всеми:

Императрица лично преподавала всем детям Закон Божий, географию и историю Алексею Николаевичу,

великая княжна Ольга Николаевна — своим младшим сестрам и брату преподавали английский язык.

Об развлечениях

То, что царские дети никогда не сидели без дела, вовсе не значит, что они вообще не отдыхали. Детские игры государыня тоже считала делом, причем делом весьма важным, она считала, что «это преступление — подавлять детскую радость и заставлять детей быть мрачными и важными… Их детство нужно по мере возможности наполнить радостью, светом, веселыми играми. Родителям не следует стыдиться того, что они играют и шалят вместе с детьми. Может, именно тогда они ближе к Богу, чем когда выполняют самую важную, по их мнению, работу».

Благодаря Николаю Александровичу его дети полюбили физические упражнения. Сам государь, любил бывать на свежем воздухе, он был отменным стрелком, превосходным спортсменом. У него были чрезвычайно сильные руки. Излюбленным его развлечением являлась гребля.

Внешних развлечений, вроде выездов, балов, царские дети практически не знали. Они сами придумывали себе занятия, кроме игр на воздухе, прогулок и физических упражнений, — например, организовывали домашние театральные постановки. Эти маленькие пьесы всегда становились радостным событием, давали и детям и родителям душевное отдохновение даже в трагические дни их заключения. Великие княжны очень любили решать головоломки. А царевич Алексей, как любой мальчишка, собирал в карман всякие мелочи — гвозди, веревки, и так далее — самые интересные игрушки.

Вся семья любила животных. Кроме собак и кота, у них был осел Ванька, с которым очень любил играть цесаревич.

Большой радостью были для царских детей летние поездки в шхеры или в Крым. Во время этих небольших путешествий матросы учили детей плавать.

Недалеко от крымского поместья царской семьи, был туберкулезный санаторий, не удовлетворенная условиями содержания в них, Александра Феодоровна стала их поддерживать за счет собственных средств и организовывать и проводить каждое лето благотворительные базары рядом с ним. Выручка шла для тех, кто был слишком беден, чтобы платить за лечение. Каждое лето императрица продавала в своем киоске прекрасное шитье и вышивки, собственноручно ею сработанные. Когда подросли дочери, Александра Феодоровна и их подключила к своей благотворительной деятельности. Она посещала дома многих больных туберкулезом, совершая визиты неожиданно, но ненавязчиво. Когда не могла пойти сама, то посылала дочерей. Ей часто говорили, что для девочек опасно сидеть у постели больных из-за туберкулезных бацилл, но она отметала эти возражения, и великие княжны посещали многих тяжелейших пациентов. Она сказала как-то, что дети должны знать, что, «кроме красоты, в мире много печали».

Из воспоминаний Н. Д. Семенов-Тян-Шанского : «Государь очень хорошо плавал и любил купаться. После продолжительной гребли на двойке в финских шхерах мы причаливали к какому-нибудь островку и купались. Когда мы были в воде, цесаревич, разрезвившийся на берегу (он не купался), сбил мои вещи, аккуратно сложенные на скамейке, в песок. Я начал было выходить из воды, желая подобрать вещи, так как был ветер и их разбрасывало; его величество, обращаясь ко мне, сказал: “Оставьте вещи, Алексей их уронил, он и должен их собрать” — и, обращаясь к наследнику, заставил его поднять мои вещи».

Вот еще один из главных принципов воспитания: не прятать детей от жизни не только в радостных, но и в скорбных ее проявлениях. А казалось бы, как просто было окружить детей императора только приятными вещами! Но такое просто не приходило в голову родителям. В полной мере это проявилось во время Первой мировой войны, когда не только сама государыня, но и ее юные дочери работали в госпиталях и посещали раненых. Даже риск для здоровья великих княжон не пугал Александру Феодоровну, поскольку моральное и духовное здоровье детей она ставила выше их физического здоровья.

Воспитатель царевича Жильяр писал о том, что жизнь в Могилеве, в Ставке, вносила серьезную задержку в классные занятия Алексея Николаевича и была вредна для его здоровья он писал, что «Там было столько впечатлений, притом слишком сильных для такой нежной и хрупкой натуры. Мальчик становился нервным, рассеянным, неспособным на производительный труд. Он доложил о своих наблюдениях императору. Признавая их вполне основательными, и Николай II возразил ему, что все эти отрицательные стороны вознаграждаются тем, что Алексей Николаевич теряет здесь свою природную застенчивость и нелюдимость и что от зрелища всех бедствий и горя у него на всю жизнь останется столь спасительное для него в будущем отношение к войне».

Также и великие княжны трудились в лазарете. Однажды когда император посещал этот лазарет, сев у постели одного из солдат, он заботливо начал расспрашивать его, всем ли он доволен и хорошо ли за ним ухаживают, раненый солдат был доволен уходом. Но потом, что-то вспомнив, добавил, что только, сёстры малость забывчивы, недавно дал он одной из них, десять копеек на папиросы, а она ни папирос, ни денег не несет. Николай II подозвал свою дочь и спросил, почему она поручения не исполняеть? Папиросы обещала принести и забыла. Великая княжна потупилась. И император просил купить ему папирос на рубль. Солдат не знал, что сестра является царской дочкой и жалел, что пожаловался на неё.

Досуг четырёх дочерей и сына императора Николая II, их игры и развлечения, способствуя жизнерадостности, нисколько не нарушали детской непосредственности, укрепляли дружбу детей с родителями. Эта тесная дружба способствовала единению семьи не только в радости, но и в горе, когда в заточении святое семейство явило даже враждебно относящимся к ним людям удивительный пример любви и сплочения перед лицом смертельной опасности. Со временем условия содержания узников становились все жестче, а обращение менявшихся охранников — все унизительнее. Но царственные страдальцы не только не теряли присутствия духа, но и находили в себе силы утешать других.

По материалам книги Марины Кравцовой «Воспитание детей на примере святых царственных мучеников», М., 2003